В этой традиционной рубрике мы продолжаем встречу с выдающимися кардиологами. Сегодня у нас в гостях профессор Филиппо Креа – ученый с мировым именем.

 

НВЛ: Дорогой профессор Креа, благодарю Вас за готовность дать интервью. Могли бы Вы рассказать о том, как Вы пришли в медицину. Как и когда Вы решили стать врачом?

Я решил стать врачом еще в начальной школе. В детстве я часто проводил летние каникулы в небольшом селении, в Южной Италии. Мой дед владел небольшим кафе на площади, перед церковью. Площадь была бьющимся сердцем села. Я любил проводить там время, наблюдая посетителей и прохожих – пестрый, разнообразный мир. Тогда я впервые обнаружил в себе любопытство к человеку, к его поведению и здоровью. Наблюдая этих рельефных, порой и весьма живописных персонажей, я задавался вопросами: что скрывается за этим лицом, что можно сказать о жизни этого человека, о его работе, семье, планах? Так я принял решение отправиться в путешествие. По правде говоря, я думаю, что в этом и состоит суть медицины – чудесного путешествия в мир человеческих существ.

 

НВЛ: Кто были Ваши учителя? Что они значили для Вас, могли бы Вы поделиться впечатлениями?

Пожалуй, именно в нашей области особую, ни с чем не сравнимую важность приобретает роль ментора. Я верю в майевтический подход, описанный Сократом более двух тысяч лет назад. Он полагал, что знание – это ребенок, которого рожаете вы сами, а учитель подобен повивальной бабке, помогающей вам в эту ответственную минуту (майевтика по-гречески означает повивальное искусство, родовспоможение).

Мне несказанно повезло, так как сразу после получения диплома врача я начал свою карьеру в кардиологии под руководством Аттилио Мазери, одного из лучших менторов, которых мир знал в то время. От него я научился не только клинической кардиологии, но и методологии разработки инновационных, конкурентоспособных исследовательских проектов. Его уроки оказали влияние на всю мою последующую жизнь. Даже теперь, спустя много лет, принимая важное решение, я неизменно спрашиваю себя: а как бы он поступил на моем месте? Обычно это срабатывает.

Теперь моя задача – оказаться доброй повитухой для моих учеников.

 

НВЛ: Вы – автор более чем 700 научных публикаций. Кроме того, вы состоите в редакционных коллегиях самых авторитетных в мире журналов по кардиологии. Что значит для Вас участие в этой деятельности? 

Задача моей научной и издательской деятельности состоит в построении медицины будущего. Я совершенно убежден в том, что работа в университетской клинике – это честь и большая удача. Действительно, цель не только в том, чтобы применить имеющиеся знания, но и в том, чтобы созидать медицину завтрашнего дня. Наконец, еще одна задача заключается в передаче наших знаний молодому поколению. Вместе три этих области деятельности приносят мне внутреннее удовлетворение как с человеческой, так и с профессиональной точки зрения.

 

НВЛ: Как Вы думаете, каково важнейшее достижение в Вашей профессиональной деятельности? 

Когда я окончил университет, считалось, что коронарные артерии – это жесткие трубки, «инкрустированные» атеросклеротическими бляшками. Теперь мы знаем, что коронарное кровообращение весьма динамично в силу сосудодвигательной функции и образования тромбов, и что нарушения вазомоции играют ключевую роль во всех клинических проявлениях ишемической болезни сердца. Я думаю, что внес немалый вклад в понимание того факта, что ишемическая болезнь сердца – это гораздо больше, коронарный стеноз. Свидетельства того, что микрососудистая стенокардия представляет собой одно из клинических проявлений ишемической болезни сердца – это отличный пример такой «смены парадигм».

 

НВЛ: Случалось ли Вам думать о другой карьере, или же медицина и кардиология затмили все остальное?

Как я уже говорил, стремление заниматься медициной родилось во мне очень рано, и, по правде говоря, я никогда серьезно не рассматривал альтернативы медицине. Правда, в начале пути, после окончания университета меня больше интересовала неврология. Меня завораживала, но затем отпугнула сложность нашего мозга. На втором месте по степени заинтересованности было сердце, и я занялся кардиологией. Меня привлекало и то, что сердечная деятельность, коронарное кровообращение и электрофизиология сердца эффективно описываются уравнениями: я люблю математику и физику. В школе по обоим предметам у меня были только отличные оценки!

 

НВЛ: Могли бы Вы дать добрый совет молодым кардиологам и ученым, находящимся в начале пути?

Я думаю, что моя профессия – лучшая в мире. Если молодой доктор разделяет это чувство, ему следует направить стопы в академическую кардиологию, если, конечно, его не увлечет другая область.